Автор: Сергей Вильянов
    Ругать маркетологов в среде IT журналистов уже давно стало чем то вроде признака хорошего тона. Да и поводов для возмущения с каждым годом прибавляется: право же, кого угодно достанут попытки маркентиговых отделов упростить то, что упрощать некуда, скрестить ежа с ужом (читай — совместить малосовместимое) и каждому своему чиху придумать торговую марку со словами «super», «mega» или, на худой конец, «magic». Их хамоватая напористость очень раздражала меня, но только до конца прошлой недели, когда на глаза попалась книга Джеффри Мура. Прочитав ее, я стал относиться к маркетологам с сочувствием, потому что, как выяснилось, работа у них просто адская, и нас с вами они боятся гораздо больше, чем мы не любим их.
    Так вот ловушка, по мнению Джеффри Мура, поджидает IT компанию между вторым и третьим этапами. Первый проходится на раз, благо среди компьютерщиков доктор Браун — едва ли не самый распространенный типаж. Второй этап начинается прежде, чем закончится первый, и особенно легко это происходило в конце девяностых, когда на рынке гуляли шальные денежки инвесторов. Стартапы фактически выступали покупателями друг для друга, что создавало ложное впечатление успешности продуктов, а пресса, среди сотрудников которой «ранние последователи» встречаются сплошь и рядом, усиливала ощущение праздника публикацией благожелательных обзоров. Но вот пора бы наступить этапу третьему, где правят бал крупные корпорации, а он все не наступает и не наступает. Просто дяди в больших кабинетах не готовы вложить в решение деньги, доверившись восторгу журналистов и примерам внедрения в каких то там стартапах. «Вот внедрит вас кто нибудь из наших — тогда и приходите со своими контрактами, — говорят они недоумевающим. — А пока спасибо за презентацию и будьте здоровы». И действительно, пока коллега по бизнесу на своей шкуре не испробует новинку, другой даже не подумает за нее заплатить. Работа же с серьезными корпорациями требует многолетних и дорогостоящих усилий, на которые у стартапа нет ни времени, ни финансов. Соответственно план продаж рушится, инвесторы негодуют, сотрудники теряют веру в собственные силы, а когда накапливается некоторая критическая масса… Ну вы помните, что случилось в 2001 м.
    Вот как раз преодолению этой и многих других трудностей и посвящена книга г на Мура. Не могу сказать, что она читается так же легко, как классический труд «Основы маркетинга» Филиппа Котлера, но, думаю, ознакомиться с ней будет интересно не только маркетологу IT компании, но и нам, «ранним последователям». Узнаете много нового и заодно поймете логику развития современного IT рынка: лично у меня сложилось впечатление, что после кризиса айтишники всего мира нашли книгу Мура, заучили ее наизусть и теперь сверяют с «Преодолением пропасти» каждый свой шаг.
    Добавлю, что к качеству перевода у меня претензий нет, а редакторам и вовсе стоит поставить твердую пятерку. Чего стоит хотя бы ядовитая сноска на 129 й странице, где автор книги сравнивает преодоление пропасти между вторым и третьим этапом с высадкой союзников в Нормандии: «Чтобы данная аналогия была точной, желательно также иметь крупного союзника, который оттянет на себя три четверти дивизий [противника. — С.В.], обеспечит внезапное наступление в Польше, чтобы спасти в Арденнах и т. д.». История, психология и экономика в одном флаконе — чем не пример эффективного маркетинга…
    ТЕХНОЛОГИИ: Core Duo и все все все
    Автор: Сергей Озеров
    Если верить статистике, которая, как утверждали Ильф и Петров, знает все, то в развитых странах ноутбуков уже давно продается значительно больше, чем настольных компьютеров. Если не в количественном, то по крайней мере в денежном выражении.
    Однако массогабаритные требования, обычно предъявляемые к ноутбукам, столь жестки, что о сопоставимом с «настольными» компьютерами прогрессе разработчикам пока приходится только мечтать. Это архитектор какого нибудь Pentium 4 или Athlon 64 может позволить себе вначале спроектировать чип, исходя из красоты решения, функциональности и производительности, а уж потом перейти к решению обеспечения потребной этому чипу системы питания и охлаждения; с ноутбуком такой фокус, увы, не проходит. Потребитель нынче так быстро привыкает к хорошему, что попытка продавать ему ноутбук, работающий десять часов от батареи, но медленно и вдумчиво открывающий офисные документы, как показал печальный опыт компании Transmeta, заканчивается финансовой отчетностью, напоминающей затяжной прыжок без парашюта. Так что единственный более или менее успешный способ выживания на этом рынке заключается в том, что компания разработчик процессоров берет за основу какую нибудь старую, но достаточно интересную и быструю архитектуру и начинает ее улучшать, уменьшая энергопотребление и (опционально) понемножку поднимая производительность. И, что самое удивительное, зачастую добивается на этом неспешном пути поразительных высот.
    Возможно, все дело в том, что идущий впереди просто не может не ошибаться, — и предъявляемая сегодня в качестве всеобщей панацеи после некоторых неудач, связанных с «флагманскими» архитектурами NetBurst и IA 64 Itanium, архитектура Intel Next Gen «Conroe» продемонстрирует всем не только заявленную «кузькину мать» по производительности, но и некоторое количество собственных проблем, которые могут поставить крест и на ней самой[Есть мнение (и не только мое), что Conroe израильской разработки — лишь промежуточный этап, нужный Intel для того, чтобы, после отмены NetBurst/Tejas, дать время основной команде инженеров на разработку настоящего преемника процессоров этой корпорации. На подобное дело требуется от трех до пяти лет, и пока из этого срока прошло всего лишь два года]. А возможно, что движение небольшими шажками вперед действительно более оправданно, чем попытки разработать что то фантастически прогрессивное, но требующее жертв и многих лет доводки: AMD вот уже годиков шесть, наверное, совершенствует свой сверхудачный K7, — и очевидно, на текущий момент соревнование с куда более мощным конкурентом успешно выигрывает. Но об этом мы еще поговорим примерно через год, когда станет ясно, во что вылился проект «Conroe» и что AMD смогла ему противопоставить. А сегодня мы рассмотрим нашу «улитку» от Intel. И заодно попытаемся оглядеть с огромных высот, на которые она взобралась, бескрайние просторы нынешнего мобильного рынка.
    Yonah, Core Duo, Solo и Napa
    Вообще, я хотел озаглавить этот раздел «Первый мобильный двухъядерник», однако название получилось длинным и корявым, а сократить его хотя бы на одно слово, как ни крути, не получалось. Тем не менее то, что представила в первых числах января корпорация Intel — это действительно Первый Мобильный Двухъядерный Процессор, без всяких скидок и оговорок. Собственно, ожидать чего либо другого в свете повальной тенденции к многоядерности, озвученной еще год назад и выражающейся, дай бог памяти, в претензиях на 80 процентную долю двухъядерных решений в общем объеме выпускаемой Intel продукции, не приходилось, однако реализация этой технологии в данном случае заслуживает только похвал.
    За основу нового кристалла, получившего в ходе разработки жутковатое кодовое название Yonah, выбрали, как обычно, предыдущую модель «ноутбучного» семейства (ну кто бы сомневался?) — процессор Pentium M «Dothan». Собственно, если копнуть немножко поглубже, то своими корнями эта архитектура (P6), цепляясь за процессоры Pentium M «Banias», Pentium III и II, уходит к древнему древнему «x86 му процессору шестого поколения» — Pentium Pro. С тех пор, конечно, утекло немало воды, и очень многие «внешние» по отношению к ядру вещи, такие как процессорная шина, поддерживаемый набор инструкций, система управления энергопитанием и иже с ними, в процессорах переменились полностью (да и само ядро претерпело существенные улучшения). Однако ключевые идеи и технологии, заложенные в P6, не умерли, а в почти неизменном виде сохранились и перешли в следующий век. Yonah, по всей видимости, станет окончательной «лебединой песней» этой архитектуры, но… пока официальный преемник этих процессоров накачивает мускулы и набирает в лабораториях силы, «улитка» P6 использует последние месяцы для того, чтобы еще немного продвинуть компьютерную технологию вперед.
    Начну с менее заметных и не таких эффектных новшеств нового процессорного ядра. По сравнению с Dothan в Yonah была существенно повышена эффективность работы процессора с инструкциями наборов SSE. Теперь с их декодированием справляются все три декодера нового ядра, для них (хотя бы частично) поддерживается технология «наслоения» микроопераций[Это когда несколько микроопераций запускаются на конвейере в виде одной «связки», проходящей по нему в виде единой конструкции и «разбивающейся» по исполнительным устройствам лишь в самый последний момент. Такой подход экономит ресурсы конвейера, повышает его производительность и бережет электроэнергию; в конкурирующем AMD K7/K8 он является неотъемлемой частью архитектуры] и, наконец, поддерживается SSE3. Заодно Intel внесла какие то (неразглашаемые) улучшения в обычный блок вычислений с плавающей точкой, являющийся одним из наиболее уязвимых мест ядра Dothan. На очередные 25%, с 533 до 667 МГц, увеличили тактовую частоту системной шины, снабжающей процессор данными из оперативной памяти. Новый технологический процесс 65 нм, о котором я подробно рассказывал в предыдущем номере «Компьютерры», тоже сыграл инженерам на руку, позволив впихнуть в процессор второе ядро без заметного увеличения площади и себестоимости кристалла, а заодно улучшить его частотные показатели и снизить тепловыделение. Как обычно, модернизировали и энергосберегающие технологии. В принципе Yonah был бы уже интересен, даже если б этим дело и ограничилось — однако Intel не стала мелочиться, и «последний» процессор получил качественную и сложную в реализации поддержку двухъядерности.
    Как я писал в статьях по «теории двухъядерности», сами по себе двухъядерные процессоры ничего, кроме двух процессорных ядер в одной упаковке, собой не представляют. Интересно то, как эти ядра, оказавшиеся в одной упряжке, взаимодействуют друг с другом и с чипсетом и к каким эффектам это приводит. Ну так вот: два ядра Yonah объединяются «самым прогрессивным» из известных способом — посредством общего L2 кэша.
    Что это вообще такое? Все процессоры так называемой гарвардской архитектуры используют в работе каждого ядра два специальных кэша, один из которых содержит выполняющуюся программу (L1 instructions), а второй — необходимые для работы данные (L1 data). Это непосредственное «рабочее место» ядра, и если ему потребуется обработать какие нибудь данные не из L1 кэша или фрагмент программы, которого в этом кэше нет, то оно вначале скопирует эти данные к себе в кэш и лишь затем сможет с ними что либо делать. Быстродействие от подобного кэша требуется соответствующее, так что L1 I и L1 D в рамках этой архитектуры для каждого ядра сугубо индивидуальны, без них ничего работать не будет, и очень маловероятно, что это положение изменится впредь. А вот уже следующий уровень взаимодействия процессора с системой — общий кэш второго уровня (L2) — является более чем обычным и никаких специальных функций на себе не несет, работая банальным «ускорителем» доступа процессора в оперативную память. Во всех известных решениях до выхода Yonah, этот кэш в двухъядерных процессорах был, как и L1, индивидуален для каждого ядра; и взаимодействие между двумя ядрами происходило либо на уровне чипсета и оперативной памяти (Intel), либо на уровне специального межъядерного интерфейса, соединяющего кэши L2 напрямую (AMD). Для Yonah же никакого специального «межъядерного» взаимодействия решили не изобретать, сделав кэш второго уровня частью общей подсистемы памяти и подключив оба процессорных ядра к одному и тому же L2.
    Что в результате получилось? Первое, чисто рекламное преимущество, — это то, что два процессорных ядра, соединенных так тесно, насколько вообще возможно, получили максимально достижимую скорость «межъядерного» взаимодействия. В реальных задачах, правда, этого самого взаимодействия всячески стараются избежать, так что заметного вклада в производительность оно не вносит. Поэтому на свет выходит другое важное преимущество общего кэша L2: он в равной мере доступен обоим ядрам. А это значит, например, что даже если над задачей трудится только одно процессорное ядро, то оно получит полный объем кэш памяти процессора, а не его половинку, как в Pentium D и Athlon 64 X2. Это заметно повышает КПД кэша L2, и, возможно, именно по этой причине в Yonah его не стали увеличивать сверх прежних 2 Мбайт. Есть, правда, и альтернативное объяснение: общий L2 заметно сложнее двух раздельных кэшей, занимает больше места и сильнее греется, а тепловыделение Yonah (31 Вт) и без того слегка превзошло тепловыделение топового Pentium M (27 Вт), вот его в мобильном процессоре увеличивать и не стали. Intel не раскрывает нам на сей счет никаких деталей. Однако в любом случае использование общего кэша должно негативно сказываться на его производительности: обслужить сразу два ядра одному кэшу гораздо сложнее, чем двум кэшам обслужить по ядру каждому, да и мешать они друг другу начинают. К счастью, в нормальных условиях обращения к L2 происходят сравнительно редко, так что, видимо, взвесив все за и против, Intel оценила прирост производительности от увеличенного объема кэш памяти второго уровня выше, чем возникающие при этом потери и сложности. В любом случае нельзя не признать, что реализована задумка просто блестяще: к примеру, латентность доступа в L2 по сравнению с предыдущим поколением ноутбуков (правда, достаточно медленным), вопреки ожиданиям, не увеличилась.
    Очень интересной оказалась и задача управления энергопотреблением нового двухъядерного процессора. Дело в том, что питание он получает сразу на оба ядра, и тактовая частота для этих ядер тоже должна быть одинакова (хотя бы в силу того самого общего L2, работающего на тактовой частоте процессора), а вот нагрузка на ядра может быть неодинакова. Как инженеры Intel решали этот вопрос — до конца непонятно, однако известно, что в моменты малой загрузки одно из ядер Yonah может попросту отключаться. Также (очевидно, в свете борьбы за вписывание двухъядерного процессора в TDP 31 Вт) известно, что оба ядра в Yonah снабдили новыми системами термоконтроля, измеряющими температуру всех критических участков кристалла (и, вероятно, способных в случае чего слегка притормозить процессор).
    Одноядерные процессоры Yonah (Yonah 1) получили в рамках программы ребрэндинга новое официальное имя Core Solo, двухъядерные (Yonah 2) — Core Duo, а новую «Centrino платформа» Intel, включающая в себя помимо процессора Core Duo еще и чипсет семейства i945M и беспроводную PCI Express карту Intel 3945ABG 802.11a/b/g, — назвали Napa.
    Практические испытания