Известно, что учебные заведения должны нести людям знания (информацию) и умение их использовать, но университеты, в отличие, например, от техникумов или курсов повышения квалификации (которые могут называться даже Академиями), должны нести и новые, созданные в них самих знания, а также учить тому, как создавать такие знания самим. Без приобщения молодежи к науке этой цели не достичь. Для сохранения статуса университета молодые люди должны приобщаться к науке, несмотря на то что необходимости этого они часто не понимают. Очень прискорбно, но они не понимают и того, какое удовлетворение могут приносить получаемые результаты, которые в науке, в отличие от промышленного программирования, всегда персонифицированы.
    Это, конечно, не про науку, но знаете ли вы, чем занимался Стив Джобс, когда Стив Возняк разрабатывал Apple II? В основном мотивировал Возняка. Пользовались бы вы сейчас плейером iPod, если бы Джобс не делал этого в свое время?
    В общем, мне кажется, что сильных в основном нужно не учить, а мотивировать, а научиться они смогут и сами, на то они и сильные.
    В заключение отмечу, что эта заметка продолжает разговор об «откровенном пофигизме» и «кризисе мотивации» в сфере высоких технологий, начатый в статье А. Алчевского "Разноцветные штаны" // КТ, 2005, #42.
    СЕЛО ЩЕПЕТНЕВКА: Версия Next
    Автор: Василий Щепетнев

Окончание. Начало и продолжение см. 'КТ' ##627, 629

    Всем интересно, каково приходилось в браке Александру Сергеевичу, но очень мало кому есть дело до Натальи Николаевны.
    А зря. Именно в браке, как в конском черепе, таилась погибель поэта.
    Наталья Николаевна была несчастлива. С самого начала Пушкин, как жених, котировался невысоко. 'Он был титулярный советник…' — поется в известной песне. Но, в отличие от песни, на этот раз прочь его не прогнали (до Гончаровой Пушкину решительно отказали Софья Пушкина, Анна Оленина, и, нерешительно — Екатерина Ушакова): лучше хоть плохонький жених, нежели совершенное отсутствие оного. Наталья была собою хороша, так они все хороши в шестнадцать лет, зато отсутствие приданого… Мало того, мать невесты требовала, чтобы приданое за Натальей дал сам жених — дело по тем временам невиданное. Сватовство тянулось два года. Иных претендентов не нашлось, и Наталья Гончарова стала Натальей Пушкиной.
    В браке она расцвела в первейшую красавицу. И — поняла, как прогадала. Флигель адъютант, генерал, богатый, с положением — вот муж, достойный ее. Жизнь с Пушкиным, увы, не обещала ни почета, ни достатка, ни прочного положения в свете.
    К творчеству мужа Наталья Николаевна была равнодушна, да и общественное мнение в лице гг. Белинского, Булгарина и барона Брамбеуса вынесло авторитетное заключение: талант угас, нынешний Пушкин есть бледное отражение Пушкина прежнего. Свет — скотина чрезвычайно внушаемая, если авторитетные люди твердят, что Пушкин исписался, свет верит на слово. Своего то ума нет…
    Придворной карьеры муж не делал, напротив, при всяком удобном и неудобном случае манкировал обязанностями камер юнкера.
    Наконец, финансовые дела Александра Сергеевича были решительно нехороши: к январю 1837 его долги казне составляли 45 тысяч рублей, а частным лицам — вдвое больше. Издательская деятельность Пушкина тоже терпела крах: ссоры с Булгариным (поначалу сочувственно отнесшимся к детищу Пушкина), сатиры на Уварова и Дундукова Корсакова, в чьих руках находилась цензурная удавка, небрежение к издательской рутине привели к падению тиража 'Современника' с 2.400 экз. (способного дать доход) до 700 экз. — явно убыточного.
    'Мы в таком бедственном положении, что бывают дни, кода я не знаю, как вести дом', пишет Наталья Николаевна брату и, жалуясь на 'крайнюю нужду', просит постоянного содержания, с которым брат не спешит. В день смерти поэта в доме нашлось едва 300 рублей.
    Несчастлива Наталья Николаевна и в супружестве: Александр Сергеевич требует скромности, сам же по прежнему живет вольно и бурно: молва связывает с ним имена различных дам, даже с Александрой Николаевной, сестрой жены (возможно, пустая сплетня, но жалит больно).
    К тому же Пушкин все чаще говорит о переезде в деревню, где меньше суеты и расходов, а пишется лучше.
    Но что делать в деревне Наталье Николаевне? Стариться?
    Вот если бы Пушкина как нибудь не стало, тогда… Можно и мужа найти нового, и вообще…
    Но пускать дело на волю случая негоже, нужно, по примеру обеих государынь Екатерин направлять его собственной волей. Муж вспыльчив, легко идет к барьеру? Значит, так тому и быть!